Вив Дэниэлс - Только ты [ЛП]

— Собирался на выходных пойти на футбол с парочкой друзей. — О, точно. В Кантоне, в отличие от государственного университета, не приходится бороться за билеты на матч.

— Звучит весело.

— Можно было бы пересечься. — Его слова повисли в воздухе.  — Ханна не пойдет.

Мне удалось лишь кивнуть.

— Ну, удачи. Думай обо мне, нарезающей лимоны, пока будешь на игре.

— Не переживай, — произнес он. — Обязательно буду думать.

******

— Ханна не пойдет? — с сомнением в голосе повторила Сильвия. — И он тебе об этом сообщил?

— Да, — ответила я, сдувая прядь каштановых волос с лица. Мы занимались подготовкой бара к открытию. У большинства студентов по пятницам занятий не было, и поэтому вечер четверга в студенческом городке проходил также бурно, как и выходные. — Как-то странно, не находишь? — спросила девушка, приподняв бровь. Одну бровь. Кроме Сильвии у меня не было знакомых, которые могли так делать. Хотя и ей для такого мастерства потребовались годы практики. Она даже вписала данное умение в графу «таланты» в свое актерское резюме наряду с умением вопить по команде.

Что ж, я рада, что Сильвия тоже заметила, как подозрительно это выглядит. Сперва Дилан позвал меня переночевать у него, а теперь пригласил на общественное мероприятие, осознавая тот факт, что его девушки там не будет. Я знаю правила подобной игры. Мое появление на свет связано с такой игрой.

Я просто не могла подумать, что Дилан окажется похожим на моего отца.

— Определенно, очень подозрительно, — согласилась она. — Особенно после того факта, что он преувеличил рассказ о своей сексуальной жизни, и слов той девушки из твоей группы о «свежем мясе»…

Аннабель, которая сегодня была дежурной официанткой, забежала в бар с заказами на напитки.

— Как дела, дамы?

Пока Сильвия готовила мартини для заказа Аннабель, я поведала ей о последних новостях про Дилана.

— Я не согласна, — сказала она, когда я замолчала. — Я бы не стала делать столь поспешных выводов и осуждать его.

— Ты такая тряпка, — произнесла Сильвия, нанизывая маслины на зубочистки.

— Давайте просто проанализируем происходящее, прежде чем делать какие-либо выводы, — предложила Аннабель. — Ты знаешь этого парня, и он никогда не вел себя как придурок, правильно?

— Она знала его, — поправила Сильвия, наливая напиток в шейкер. — Два года назад. А сейчас он превратился в супергорячего красавчика. Такие изменения могли пойти ему не на пользу.

Ну, я всегда считала его супергорячим красавчиком. Ну, или хотя бы просто супер симпатичным.

Аннабель проигнорировала слова своей сестры и привела очередной довод, загибая пальцы на руках.

— Он решил, что тебе плохо и предложил переночевать у себя, а не делить с тобой постель. Вот в чем разница. Быть может, он по-настоящему беспокоился и не хотел, чтобы ты вела машину поздней ночью. Помимо прочего, ему известно, что в Кантоне ты новенькая и еще не успела обзавестись друзьями. Поэтому он и пригласил тебя на тусовку в свою компанию, — произнесла она, посмотрев на Сильвию. — Думаю, он просто пытается быть милым.

— Тогда зачем ему подчеркивать, что его девушки там не будет? — отметила Сильвия.

— Вероятно, он догадался, что Тесс чувствует себя неуютно рядом с ней из-за всей той фигни насчет того, что когда-то они переспали. Может, это его способ сказать «Давай потусуемся с моими друзьями, и тебе даже не придется иметь дело со странностями моей подруги»?

— А может он пытается сказать «Приходи и сделай мне небольшой подарочек», — предположила Сильвия, разливая мартини в приготовленные Аннабель бокалы.

Закатив глаза, Аннабель отправилась раздавать напитки, предоставив нам достаточно информации для размышления. Сестры Уоррен не знали этого, но я была слишком хорошо знакома с повадками и привычками гулящих мужчин. Отец никогда не приглашал маму в свой круг общения. Они действительно вели себя как «друзья», каковыми и хотели казаться во время путешествий. Как и большинству других мужчин и их любовницам, им было что терять, если бы об их тайной жизни стало известно окружающим. Мама, например, никогда не ходила с отцом в ресторан, опасаясь раскрытия их секрета.

— Я честно не понимаю, как ей это удается, — проворчала Сильвия, находясь рядом со мной, пока я наливала «Пино гриджио» группе девушек, сидящих на другом конце барной стойки. — Я еще не встречала людей, которым бы так подгадили мужчины как Аннабель, но она всё равно продолжает думать о них только хорошее.

— Наверное, это из-за Майло, — предположила я. — Когда-нибудь он превратится в мужчину, и ей хочется верить, что он станет одним из лучших представителей рода мужского.

— Ему лучше таковым и оказаться, иначе я сверну ему шею.

Я улыбнулась словам своей подруги.

— Ну, по крайней мере, ты признаешь, что мужчины могут быть хорошими.

— Майло – еще не мужчина, — возразила она. — Поговорим об этом лет через десять.

Мужчины и вправду использовали Аннабель. Ее первый парень, Марк, оказался вором и бандитом, а, возможно, совершал и другие преступления, о которых мне неизвестно. Сейчас, слава богу, он сидит в тюрьме, но в свое время ему удалось причинить достаточно боли Аннабель, как до, так и после ее беременности. Когда девушка отказалась избавиться от ребенка, и родители выгнали ее из дома, она обратилась к отцу Марка за помощью, но тот обозвал ее лживой шлюхой и настоял, чтобы она сделала тест на отцовство, прежде чем разрушить жизнь его сына. Последнее заявление было самым смехотворным.

Когда Майло исполнилось шесть месяцев, Марка арестовали за проникновение со взломом в дом его соседа, и после получения им судимости вопрос о выплате алиментов потерял свою актуальность. Я считаю, что для Майло отсутствие такого отца в жизни стало лучшим вариантом. Если бы мне пришлось выбирать единственного мужчину, которого мне не хотелось бы видеть в качестве авторитета для будущего поколения, им бы оказался Марк.

Майло является для Аннабель лучиком света, и она по-прежнему не теряет веру в человечество. В отличие от своей сестры Сильвии, которая выросла циником. Если бы я захотела причислить мужчин к незначительным приоритетам в своей жизни, у меня бы всё равно не получилось этого сделать лучше подруги с ее «держись от меня подальше» позицией.

Девиз Сильвии — виновен, пока не доказана невиновность. Она ненавидит всех до тех пор, пока не узнаёт другую их сторону, а тех, кто все-таки становится ей симпатичен можно пересчитать по пальцам.

Вечер был в самом разгаре, и я вдруг поняла, что у меня остается не так уж много времени для дальнейшего обсуждения сложившейся ситуации с моими подругами, но поскольку продажа пива не требует больших затрат умственных способностей, у меня всё еще остается куча времени на раздумья. Да и не со всеми своими мыслями я могла поделиться с сестричками Уоррен. Сильвия делила мужчин на тех, которые изменяют, и тех, кто не делает этого. А может, ее точка зрения единственно верная? Но женщин тоже можно разделить на тех, с которыми можно изменять, и тех, кто является противницами подобного поведения. К первой категории относятся женщины, похожие на мою мать, те, которые выделяют особые феромоны, ощутив которые мужчины говорят: «Я выдержу всё дерьмо. Просто давай сделаем это». Быть может, и я отношусь к этой категории женщин.